В статье предлагается концептуальный анализ растущей роли китайского юаня в международной финансовой системе через призму теорий «жесткой» и «мягкой» силы государства. Автор ставит перед собой задачу показать, как интернационализация юаня превращает его из простого средства платежа в инструмент стратегического влияния Китая на глобальном уровне. Центральный вывод работы заключается в том, что, хотя юань пока не достиг статуса полноценной мировой резервной валюты, его «сила» неуклонно возрастает, причем эта сила проявляется как в способности Китая использовать свою валюту для экономического воздействия и построения зависимостей через механизмы долговой дипломатии и инвестиционных проектов (жесткая сила), так и в растущей привлекательности юаня для международных инвесторов и центральных банков, особенно в странах глобального Юга (мягкая сила).

Ключевым вкладом исследования является применение теоретической рамки «двух сил» к анализу валютной политики Китая. Автор выделяет три основных фактора, объясняющих растущую популярность юаня: целенаправленная политика китайского правительства по интернационализации валюты, начатая после кризиса 2008 года; создание офшорного рынка юаня в Гонконге, обеспечивающего ликвидность и доступность валюты для иностранных инвесторов; а также инициатива «Один пояс – один путь», выступающая ключевым каналом для продвижения юаня в реальном секторе экономики стран-партнеров, где китайское финансирование проектов все чаще предоставляется в национальной валюте. Особое внимание уделяется роли цифрового юаня, который рассматривается как новый инструмент для преодоления долларовой гегемонии и построения многополярной международной валютной системы. Заключая, автор утверждает, что путь юаня к статусу глобальной валюты будет уникальным и не повторит траекторию доллара, а его перспективы в значительной степени зависят от глубины, либерализации и транспарентности финансовой системы Китая. Источник: https://doi.org/10.3126/kjour.v6i1.67230